Эдгар и Каксель

(Биографический очерк)

Многие исследователи умалчивают о том, что у писателя Эдгара Алана По был больной младший брат Каксель. Мы об этом молчать не станем.

Брат Эдгара По – Каксель по свидетельствам очевидцев страдал идиотией в сочетание с тяжелой формой аутизма, и, как правило, пока Эдгар Алан По создавал свои гениальные произведения молча сидел за фортепьяно, пуская слюни на клавиши. Каждый, кто хоть раз встречался с Какселем По, отмечал его глубокую скорбную молчаливость. Такое настроение Какселя объяснялось одним разговором, произошедшим между братьями 23 декабря 1819го года в Лондонской квартире семейства По.

Был тусклый и мглистый декабрьский вечер. Эдгар, недавно приехавший из пансиона на рождественские праздники домой, смотрел на крупный отсвечивающий замогильным синим снег за окном и размышлял о том как медленно, но неуклонно, словно тонкая колючая мохнатая змея, вползает плеть дикой розы на желтоватый мраморный надгробный камень под окном. Каксель жевал снятый с ноги носок. Вдруг за окном раздался резкий крик ворона. Каксель от неожиданности проглотил носок и залопотал: «Клябля-блябля-тапалябля!». Эдгар, раздосадованный тем, что прекрасная густо-готическая атмосфера вечера уничтожена лепетом идиота , обернулся и, стильно растягивая гласные, произнёс: «Замолчи Каксель! Ты всего лишь больной младший брат, и не должен шуметь, пока мы размышляю о недоступных для твоего скудного ума вещах!». Каксель замолчал. После этого случая он говорил только дважды.

Первый раз Каксель заговорил в 1839м году в Ричмонде. Был промозглый тяжелый осенний вечер. Низкие тучи ползли над городом. Закутавшись в старый тёмный плед, Эдгар размышлял о том, не написать ли ему статью, или даже короткий рассказ для журнала «Graham’s Magazine». Размышление давалось ему не легко. В голову лезли посторонние, не относящиеся к делу образы. В основном утреннее парное молоко, стекающее по скрипучим тележным колёсам в жидкую грязь и обнаженные женоподобные кондитеры верхом на першеронах. Утомлённый размышлениями Эдгар задремал в кресле. Проснулся он глубокой ночью от того, что кто-то поднял его, упавшую на грудь голову за подбородок. Эдгар открыл глаза и во тьме, на фоне мерцающего тусклым рыбьим светом стрельчатого окна, увидел чёрный силуэт склонившегося над ним Какселя. «Вильям Вильсон…- хрипло, по змеиному шептал Каксель: «Напиши рассказ Вильям Вильсон… И опубликуй его в рождественском сборнике A Christmas and New Year’s Present издательства The Gift…».

Через месяц Эдгар вошел в кабинет главного редактора The Gift, держа в руках тощую рукопись. «Здорово, - сказал Эдгар, - мы тут под сочельник рассказец намутил». «Как называется?» – мрачно спросил редактор, пряча в карман камзола баночку с мышьяком, который он обыкновенно добавлял в типографскую краску. «Вильям Вильсон! – задорно ответил Эдгар, гордо пошевелив усами, – И посвящается он моему младшему больному брату Какселю!». «Значит так, - либо ты изменишь это придурошное название, - либо снимешь это идиотское посвящение – выбирай из двух – редактор злобно взглянул на Эдгара исподлобья, судорожно сжимая нож для резки бумаги».

Второй раз Каксель заговорил в 1949м году. Незадолго до этого он как-то посвежел и оживился. Стал вечерами переодеваться в хороший костюм и спускаться к ужину. Однако разговорчивее не сделался. Однажды осенью, во время ужина, Каксель неожиданно произнёс: «Эдгар! Мы с тобой братья, но совершенно ничего не знаем друг о друге. Мы хотел бы показать тебе свою жизнь, позволить тебе погрузиться в мой сумеречный мир, открыть тебе свою причудливую душу». «Что мы должен сделать, Каксель?» - спросил Эдгар. «Жди меня за два часа до полуночи на окраине Ричмонда, подле кладбища. И не забудь взять с собой 1500 долларов» – произнёс Каксель , и снова замолчал, теперь уже навсегда.

На следующий день в Балтиморской Больнице Огюст Дюпен склонился над постелью своего умирающего друга. «Эдгар, - спросил знаменитый сыщик, - Как выглядел тот паскудный притон, где тебе продали эту дрянную опиуху?». «Как сельпо…» - прохрипел писатель и скончался.

Огюст Дюпен обшарил все сельские магазины в окрестностях Ричмонда, но так и не обнаружил причину трагической гибели своего гениального друга.