Давно хотел написать немного о книжном рынке в Уфе. Тема более чем животрепещущая для заядлого библиофила с двадцатилетним стажем. 

Если начинать ab ovo, надо вспомнить начало и середину восьмидесятых, когда в городе было 15-17 книжных магазинов. Не Бог весть что, учитывая их ассортимент (по преимуществу труды классиков м.-л. и учебная литература). Хорошие книги были дефицитом, их привозили из Москвы, Киева, Алма-Аты и других крупных городов. Существовало такое понятие, как "обмен книг через магазин". Лет в 10-12 мы подлолгу простаивал у обменных витрин в магазине "Дуслык", изучая выставленные экземпляры. Для меня это всё было недоступно, так как родители книгами не занимались и все мои потуги "достать" хотя бы Конан-Дойля при отсутствии обменного фонда были обречены на провал. Впрочем, существовал так называемый "чёрный рынок". Книгами торговали полуподпольно у магазина "Букинист", а ещё была некая лесная поляна, где по выходным собирались уфимские книжники. "Спекулянтов" безжалостно гоняла милиция. Цены на "толкучке" внушали уважение - книга номиналом 1.20 шла раз в десять дороже. Надо сказать, что особых капиталов на этом никто не нажил, и по-моему, эта торговля вообще не была средством пропитания. Вырученные деньги шли на пополнение своих же библиотек (там есть на что посмотреть).
Первыми книгами, которые мы купил самостоятельно, были атласы. Большого формата, очень подробные атласы Африки и Америки лежат у меня до сих пор. Надо отдать должное советским магазинам - справочной и учебной литературы там было много. Плюс "Академкнига", но литпамятниками мы тогда не интересовался. В начале 80-х появились "макулатурные издания" и - о радость! - мама согласилась, что нам это нужно. Сдавали макулатуру (кажется, 20 кг на один талон), стояли в очередях. До сих пор с тёплым чувством вспоминаю эти очереди. Книги-то какие: Бунин, Алексей Толстой, Дюма, столь вожделенный Конан-Дойль, английский детектив, русские сказки, Стивенсон - настоящий прорыв для юного читателя! "Джекила и Хайда", "Окаянную Дженет", "Знак четырёх"  читал взахлёб. Макулатура кончилась примерно в 90-91 году, вместе с СССР. Последней книгой был Штильмарк. Правда, "Наследника из Калькутты" мы и так знал почти наизусть - у моего школьного друга было очень редкое издание 59-го года.
Перестройка принесла с собой серьёзные изменения - книжники легализовались через клуб книголюбов. Возникла так называемая "туча", сначала в Доме офицеров, затем во дворце культуры РТИ, в самом центре города. В магазины хлынул поток комиссионных книг, после чего с точки зрения советского читателя наступил Золотой век. Вдруг появилось всё. Эти два-три года запомнились как совершенно пьяное время - мы тратил практически все свои небольшие деньги направо и налево, завёл знакомства, и осознал свою принадлежность к книжному миру в полной мере. Увы, то была лебединая песня. 
Коммерческий дух быстро всё испортил, а потом оказалось, что людям в общем-то книги не нужны, ширпотреб есть в магазинах и... тут-то мы и почувствовал, что вырос из детских штанишек. А с серьёзными запросами в Уфе было туго.

(продолжение следует)