Танзания. Кальдера вулкана Нгоронгоро. Часть 3
Дата: 26.05.2011 г.
Впоминаю про давно обещанное продолжение о Танзании)) Затеряный мир Нгоронгоро Из Моши мой путь лежит на запад к Нгоронгоро. О том, что это кальдера древнего вулкана, мы знаю из буклетов. Но когда на горизонте появляется огромная горная гряда и гид объясняет, что это и есть Нгоронгоро мы понимаю масштабы древнего вулкана. Высотой он был сравним с Килиманджаро. А теперь представьте, что Кили обвалится внутрь себя и получится Нгорнгоро. Проезжаем через шлагбаум национального парка и начинаются джунгли. Сотни бабуинов вокруг машины, дорога в тумане петляет по экваториальному лесу. Все это немного похоже на "Аватар" Джеймса Камерона. Только в реальности и можно потрогать. Мы прошу гида остановиться и выхожу из машины сделать несколько кадров. Судя по всему он немного бестолковый парень, потому что за нами едет еще один внедорожник и его водитель выпучив белки настойчиво советует произносит только одно слово, которое понятно и без перевода: - Лайонс, лайонс! Впрочем, у моего гида полная акуна матата. Думаю, что даже появление льва не вывело бы его из этого состояния. 
Дорога в кальдеру

Дорога в кальдеру
Кальдера Нгоронгоро
Живые и невридимые мы выезжаем на перевал. Тут смотровая площадка и солдат с «калашниковым», видимо отстреливаться от хищников.
Чем то напоминает Аватар и его волшебные леса

Когда стоишь и смотришь вниз с края кальдеры, она кажется настоящим конандойлевским затеряным миром

Гигантские акации лишь отдаленно напоминают собратьев в Крыму
Первым европейцем дошедшим до кратера стал немецкий исследователь Оскар Бауман в марте 1892 г. Восхищенные его описаниями естествоиспытатели ринулись исследовать Нгоронгоро. В общей, сложности они насчитали здесь 75 000 разных видов животных. Мы достаточно долго едем по краю хребта и потом дорога ныряет в рощу гигантских акаций. Это конечно не те небольшие деревца, которые растут у нас на юге, а настоящие колоссы, на кронах которых можно поставить дом. И наконец дорога спускается вниз, прямо в кальдеру. У меня чувство совершенно детского восторга и полное ощущение, что мы открываю новый мир. Понятно, зачем сюда ездят европейцы. Сначала мы проезжаем прямо через смешанное стадо зебр и антилоп гну. Они игнорируют машину и подпускают машину очень близко. Еще дальше в поле стоят несколько машин - но непонятно за чем они наблюдают. Ближе появляются львиные уши торчащие из густой травы, лениво болтающийся хвост, то несколько пар лап вздернутых в небо и небольшой львенок ползающий по рыжему животу львицы. Судя по конечностям в траве здесь три или четыре львицы и пара котят. Еще метров через пятьсот загорает отец семейства - лев. Все кошки уже настолько привыкли к машинам, что не обращают внимания на нас. Иногда тут бывают случаи, когда львица запрыгивает на капот лендровера и греется на моторе. И тогда счастливой машине приходится стоять очень долго, ожидая пока кошке надоест железное ложе. Вдали мы замечаю группу слонов - они словно древние мамонты бредут по доисторическому пейзажу. Один из слонов близко подходит к машине, он, конечно, мирно пощипывает травку, но когда его хобот и красивые симметричные бивни оказываются в непосредственной близости от камеры мы ощущаю некоторое шевеление на спине и холодный пот по позвоночнику.

Антилопы Гну наблюдают за парой зебр. Почти как в театре

Слон прямо в нескольких шагах от машины

Львиное семейство пролежало весь день в глубокой траве, показываясь только частями. Мы видел видео на youtube, как местные львы нагло усаживаются на капоты машин и грызут зеркала. Нам не повезло, львы видимо, отдыхали после охоты


Еще парочка акаций
Все это многообразие сохранилось во многом благодаря немецкому ученому, директору франкфуртского зоопарка Бернхарду Гржимеку. Он в середине прошлого века приехал сюда с сыном и занялся пересчетом животных и съемками фильма «Серенгети не должен умереть». Только из-за фильма и книги Гржимека местные власти выдлелили Нгоронгоро в отдельную охраняему территорию. До этого момента отношения людей к животным были за гранью понятий добра и зла. Много таких истоирий Гржимек описывает в своей книге: “Когда после Первой мировой войны Танганьика попала под британское владычество, в район Банаги устремились охотники из соседней Кении, так как Серенгети расположен недалеко от ее границы. Они охотно перестреляли бы всех львов, считавшихся в те времена вредными хищниками. Некоторые охотники за одно только сафари убивали 100 львов. Но они были не в состоянии тащить с собой столько шкур и поэтому довольствовались тем, что у каждой жертвы в качестве трофея отрубали хвост. В 1929 году здесь наконец догадались объявить заповедными 260 квадратных километров, начиная от открытых равнин Серенгети до озера Виктория. Всякая охота отныне категорически запрещалась. С тех пор вплоть до наших дней для львов здесь райское блаженство. Это место получило мировую известность как «львиный рай» на земле.» Потом не повезло леопардам: «…Одно время здесь, в Восточной Африке, начали истреблять всех леопардов. Но после этого сильно размножились бородавочники и павианы, которые начали опустошать поля и огороды местных жителей, причиняя значительно больший урон, чем леопарды, утаскивавшие время от времени лишь какую-нибудь козу. Тогда леопардов снова решили охранять”. Но самая дикость случилась, когда англичачне принялись истреблять муху цеце – известного переносчика сонной болезни, от которой гиб домашний скот. Цеце настолько прожорлива, что, говорят, когда муха видит железный автомобиль, рой облепляет железную коробку и пытается присосаться к железу. Не трогают цеце только зебру- потому что воспринимают ее не как некое цельное животное, а просто мелькание черных и белых полос.

Фламинго любят озеро на дне кальдеры Нгоронгоро

Семейство бородавочников перебегает дорогу

Место обеда для всех путешествующих по кальдере. Но на огромном дереве живет стая соколов и они научились ловко выхватывать пищу из рук туристов
«…Эти обстоятельства надоумили некоего господина Ю. К. Горлея прибегнуть к страшным мерам, благодаря которым его имя будет упоминаться в истории с не меньшим негодованием, чем имя грека Герострата, сжегшего замечательный храм Артемиды в Эфесе лишь для того, чтобы увековечить свое имя. Мистер Горлей до недавнего времени был уполномоченным по борьбе с трипанозомными заболеваниями человека и животных в Южной Родезии, расположенной в бассейне реки Замбези. Он решил, что средства уничтожения мухи цеце, успешно применяемые в других районах Африки, слишком сложны и дороги. Вместо них он изобрел собственный радикальный, но совершенно дьявольский способ борьбы. «Если истребить сразу всех диких животных, то вымрет и муха цеце, потому что ей нечем будет питаться» – так решил этот «мыслитель». Итак, он роздал африканцам ружья, учредил премии за каждое убитое животное, и дикая фауна стала планомерно уничтожаться. С 1932 года таким образом было выбито 550 594 степных животных, не считая тех, которых подранили неопытные стрелки и которые медленно погибали, забравшись куда-нибудь в чащу. В последнем годовом отчете, который попал нам в руки, гордо сообщается, что в этом году удалось уничтожить 36 552 животных, то есть больше, чем в любом прошедшем. И все это за один год! При этом мистер Горлей с гордостью сообщал, что на одно животное в среднем затрачено всего 2,6 патрона. Он даже не удосужился выяснить то обстоятельство, что мухи цеце, после того как будут уничтожены все крупные животные, спокойно могут просуществовать, питаясь кровью мелких грызунов, а также зайцев, шакалов, лисиц, которых, разумеется, никогда не удастся полностью уничтожить…» Ливингстон, наверное, перевернулся бы в гробу, узнав, что делают его потомки в краю, которому он отдал душу и жизнь.

Снимая слона, всегда хочется подобраться поближе. Слону тоже

В кальдеру ведет две дороги - по широкой спускались, по серпантину поднимались обратно Мы выезжаем из кратера по другому серпантину
Здесь одно из немногих мест где можно сделать снимки кальдеры, как бы целиком. А на хребте гид останавливается у памятного знака – здесь похоронены отец и сын Гржимеки. Сын, собственно, и погиб во время съемок этого фильма – легкий самолет столкнулся с грифом. Это действительно страшно – когда птица с огромным размахом крыльев врезается в самоелет немногим больше ее самой. Мы на маленькой «Сесне» только чудом увернулись как-то в Ботсване и мой пилот итальянец еще долго вытирал холодный пот со лба. В общем, благодаря Гржимеку от Серенгети отрезали Нгоронгоро и появилась «Ngorongoro Conservation Area». Книгу переиздавали много раз, а фильм получил «Оскара». А Сам Гржимек, как талисман кальдеры лешит в похороненный на краю Нгоронгоро, присматиривая за любимым уголком Африки. Кальдера находится на восточной окраине Серенгети – самого известного национального парка Африки. Главное действо происходит здесь во время больших миграций – когда сотни тысяч животних отпаравляются по маршруту, который заложен инстинктом в их головы. И никакие реки кишащие крокодилами неспособны остановить эту живую массу. Зрелище, говорят, неземное. Но у меня всего неделя и нужно возвращаться. Первая мировая на экваторе Ничего хорошего владычество немцев, в потом англичан стране не дало. Они между собой устраивали войны, а местное население погибало с голода. Первая мировая хоть и развивалась за тысячи километров от Африки, но нашелся в Танзании один неугомонный колонист с военным прошлым - Леттов-Форбек. Он собрал небольшой отряд поселенцев, вооружил аборигенов и со своим небольшим отрядом то нападал на поезда, нарушая движение по железной дороге в Кении и Уганде, то нарушал покой Родезии и Бельгийского Конго. Английские войска перевезенные из Индии, он загонял назад на корабли. Он как назойливая муха цеце терзал англичан и их союзников до 25 го ноября 1918 года, когда до него из Европы дошли новости, что война закончилась уже несколько недель назад. Вопреки усилиям Леттова-Форбека англичане получили от Лиги Наций всю Танганьику до границ Руанды и Бурунди, которые были присоединены к Бельгийскому Конго. Очередной передел Африки завершился. Впрочем немцы пытались в насаждать в стране культуру и технологии. Заброшенная железная дорога до сих пор ржавеет под Килиманджаро. Педантичные немцы же устроили первую перепись населения в Танзании в 1931 и сделали это весьма остроумно, не имея загсов и паспортных столов: вождям племен было предписано сдать четыре различных сорта семян. Черные и толстые семена означали мужчин, коричневатые зерна с двумя волосками на конце символизировали женщин, маленькие круглые зернышки – девочек, а маленькие продолговатые – мальчиков. За каждого подданного – зернышко в мешочек.

Пара домиков бедной танзанийской семьи на слонах Килиманджаро

Те же домики только изнутри. Все очень чисто и трогательно. Дева Мария на стене

А вот мама в больнице с малярией...
Под Нгоронгоро мы заезжаем в небольшую деревню. Скорее это похоже на дачные участки – небольшие домики разбросанные по склону горы, у каждого небольшой земельный надел и загоны для малочисленного скота. В одном доме мы знакомлюсь с чернокожим Петером. с ним живет старуха мать и двое детей. Он работает в христианской миссии и показывает свое бедное, но очень аккуратное жилище. Рассказывает, что жена лежит в госпитале с малярией. В этот момент мы вспоминаю, что моя поездка в Танзанию сложалась очень спонтанно и мы неуспел пропить курс специальных таблеток и махнул на это дело рукой.
Черт…
Живые и невридимые мы выезжаем на перевал. Тут смотровая площадка и солдат с «калашниковым», видимо отстреливаться от хищников.
Чем то напоминает Аватар и его волшебные леса
Когда стоишь и смотришь вниз с края кальдеры, она кажется настоящим конандойлевским затеряным миром
Гигантские акации лишь отдаленно напоминают собратьев в Крыму
Первым европейцем дошедшим до кратера стал немецкий исследователь Оскар Бауман в марте 1892 г. Восхищенные его описаниями естествоиспытатели ринулись исследовать Нгоронгоро. В общей, сложности они насчитали здесь 75 000 разных видов животных. Мы достаточно долго едем по краю хребта и потом дорога ныряет в рощу гигантских акаций. Это конечно не те небольшие деревца, которые растут у нас на юге, а настоящие колоссы, на кронах которых можно поставить дом. И наконец дорога спускается вниз, прямо в кальдеру. У меня чувство совершенно детского восторга и полное ощущение, что мы открываю новый мир. Понятно, зачем сюда ездят европейцы. Сначала мы проезжаем прямо через смешанное стадо зебр и антилоп гну. Они игнорируют машину и подпускают машину очень близко. Еще дальше в поле стоят несколько машин - но непонятно за чем они наблюдают. Ближе появляются львиные уши торчащие из густой травы, лениво болтающийся хвост, то несколько пар лап вздернутых в небо и небольшой львенок ползающий по рыжему животу львицы. Судя по конечностям в траве здесь три или четыре львицы и пара котят. Еще метров через пятьсот загорает отец семейства - лев. Все кошки уже настолько привыкли к машинам, что не обращают внимания на нас. Иногда тут бывают случаи, когда львица запрыгивает на капот лендровера и греется на моторе. И тогда счастливой машине приходится стоять очень долго, ожидая пока кошке надоест железное ложе. Вдали мы замечаю группу слонов - они словно древние мамонты бредут по доисторическому пейзажу. Один из слонов близко подходит к машине, он, конечно, мирно пощипывает травку, но когда его хобот и красивые симметричные бивни оказываются в непосредственной близости от камеры мы ощущаю некоторое шевеление на спине и холодный пот по позвоночнику.
Антилопы Гну наблюдают за парой зебр. Почти как в театре
Слон прямо в нескольких шагах от машины
Львиное семейство пролежало весь день в глубокой траве, показываясь только частями. Мы видел видео на youtube, как местные львы нагло усаживаются на капоты машин и грызут зеркала. Нам не повезло, львы видимо, отдыхали после охоты
Еще парочка акаций
Все это многообразие сохранилось во многом благодаря немецкому ученому, директору франкфуртского зоопарка Бернхарду Гржимеку. Он в середине прошлого века приехал сюда с сыном и занялся пересчетом животных и съемками фильма «Серенгети не должен умереть». Только из-за фильма и книги Гржимека местные власти выдлелили Нгоронгоро в отдельную охраняему территорию. До этого момента отношения людей к животным были за гранью понятий добра и зла. Много таких истоирий Гржимек описывает в своей книге: “Когда после Первой мировой войны Танганьика попала под британское владычество, в район Банаги устремились охотники из соседней Кении, так как Серенгети расположен недалеко от ее границы. Они охотно перестреляли бы всех львов, считавшихся в те времена вредными хищниками. Некоторые охотники за одно только сафари убивали 100 львов. Но они были не в состоянии тащить с собой столько шкур и поэтому довольствовались тем, что у каждой жертвы в качестве трофея отрубали хвост. В 1929 году здесь наконец догадались объявить заповедными 260 квадратных километров, начиная от открытых равнин Серенгети до озера Виктория. Всякая охота отныне категорически запрещалась. С тех пор вплоть до наших дней для львов здесь райское блаженство. Это место получило мировую известность как «львиный рай» на земле.» Потом не повезло леопардам: «…Одно время здесь, в Восточной Африке, начали истреблять всех леопардов. Но после этого сильно размножились бородавочники и павианы, которые начали опустошать поля и огороды местных жителей, причиняя значительно больший урон, чем леопарды, утаскивавшие время от времени лишь какую-нибудь козу. Тогда леопардов снова решили охранять”. Но самая дикость случилась, когда англичачне принялись истреблять муху цеце – известного переносчика сонной болезни, от которой гиб домашний скот. Цеце настолько прожорлива, что, говорят, когда муха видит железный автомобиль, рой облепляет железную коробку и пытается присосаться к железу. Не трогают цеце только зебру- потому что воспринимают ее не как некое цельное животное, а просто мелькание черных и белых полос.
Фламинго любят озеро на дне кальдеры Нгоронгоро
Семейство бородавочников перебегает дорогу
Место обеда для всех путешествующих по кальдере. Но на огромном дереве живет стая соколов и они научились ловко выхватывать пищу из рук туристов
«…Эти обстоятельства надоумили некоего господина Ю. К. Горлея прибегнуть к страшным мерам, благодаря которым его имя будет упоминаться в истории с не меньшим негодованием, чем имя грека Герострата, сжегшего замечательный храм Артемиды в Эфесе лишь для того, чтобы увековечить свое имя. Мистер Горлей до недавнего времени был уполномоченным по борьбе с трипанозомными заболеваниями человека и животных в Южной Родезии, расположенной в бассейне реки Замбези. Он решил, что средства уничтожения мухи цеце, успешно применяемые в других районах Африки, слишком сложны и дороги. Вместо них он изобрел собственный радикальный, но совершенно дьявольский способ борьбы. «Если истребить сразу всех диких животных, то вымрет и муха цеце, потому что ей нечем будет питаться» – так решил этот «мыслитель». Итак, он роздал африканцам ружья, учредил премии за каждое убитое животное, и дикая фауна стала планомерно уничтожаться. С 1932 года таким образом было выбито 550 594 степных животных, не считая тех, которых подранили неопытные стрелки и которые медленно погибали, забравшись куда-нибудь в чащу. В последнем годовом отчете, который попал нам в руки, гордо сообщается, что в этом году удалось уничтожить 36 552 животных, то есть больше, чем в любом прошедшем. И все это за один год! При этом мистер Горлей с гордостью сообщал, что на одно животное в среднем затрачено всего 2,6 патрона. Он даже не удосужился выяснить то обстоятельство, что мухи цеце, после того как будут уничтожены все крупные животные, спокойно могут просуществовать, питаясь кровью мелких грызунов, а также зайцев, шакалов, лисиц, которых, разумеется, никогда не удастся полностью уничтожить…» Ливингстон, наверное, перевернулся бы в гробу, узнав, что делают его потомки в краю, которому он отдал душу и жизнь.
Снимая слона, всегда хочется подобраться поближе. Слону тоже
В кальдеру ведет две дороги - по широкой спускались, по серпантину поднимались обратно Мы выезжаем из кратера по другому серпантину
Здесь одно из немногих мест где можно сделать снимки кальдеры, как бы целиком. А на хребте гид останавливается у памятного знака – здесь похоронены отец и сын Гржимеки. Сын, собственно, и погиб во время съемок этого фильма – легкий самолет столкнулся с грифом. Это действительно страшно – когда птица с огромным размахом крыльев врезается в самоелет немногим больше ее самой. Мы на маленькой «Сесне» только чудом увернулись как-то в Ботсване и мой пилот итальянец еще долго вытирал холодный пот со лба. В общем, благодаря Гржимеку от Серенгети отрезали Нгоронгоро и появилась «Ngorongoro Conservation Area». Книгу переиздавали много раз, а фильм получил «Оскара». А Сам Гржимек, как талисман кальдеры лешит в похороненный на краю Нгоронгоро, присматиривая за любимым уголком Африки. Кальдера находится на восточной окраине Серенгети – самого известного национального парка Африки. Главное действо происходит здесь во время больших миграций – когда сотни тысяч животних отпаравляются по маршруту, который заложен инстинктом в их головы. И никакие реки кишащие крокодилами неспособны остановить эту живую массу. Зрелище, говорят, неземное. Но у меня всего неделя и нужно возвращаться. Первая мировая на экваторе Ничего хорошего владычество немцев, в потом англичан стране не дало. Они между собой устраивали войны, а местное население погибало с голода. Первая мировая хоть и развивалась за тысячи километров от Африки, но нашелся в Танзании один неугомонный колонист с военным прошлым - Леттов-Форбек. Он собрал небольшой отряд поселенцев, вооружил аборигенов и со своим небольшим отрядом то нападал на поезда, нарушая движение по железной дороге в Кении и Уганде, то нарушал покой Родезии и Бельгийского Конго. Английские войска перевезенные из Индии, он загонял назад на корабли. Он как назойливая муха цеце терзал англичан и их союзников до 25 го ноября 1918 года, когда до него из Европы дошли новости, что война закончилась уже несколько недель назад. Вопреки усилиям Леттова-Форбека англичане получили от Лиги Наций всю Танганьику до границ Руанды и Бурунди, которые были присоединены к Бельгийскому Конго. Очередной передел Африки завершился. Впрочем немцы пытались в насаждать в стране культуру и технологии. Заброшенная железная дорога до сих пор ржавеет под Килиманджаро. Педантичные немцы же устроили первую перепись населения в Танзании в 1931 и сделали это весьма остроумно, не имея загсов и паспортных столов: вождям племен было предписано сдать четыре различных сорта семян. Черные и толстые семена означали мужчин, коричневатые зерна с двумя волосками на конце символизировали женщин, маленькие круглые зернышки – девочек, а маленькие продолговатые – мальчиков. За каждого подданного – зернышко в мешочек.
Пара домиков бедной танзанийской семьи на слонах Килиманджаро
Те же домики только изнутри. Все очень чисто и трогательно. Дева Мария на стене
А вот мама в больнице с малярией...
Под Нгоронгоро мы заезжаем в небольшую деревню. Скорее это похоже на дачные участки – небольшие домики разбросанные по склону горы, у каждого небольшой земельный надел и загоны для малочисленного скота. В одном доме мы знакомлюсь с чернокожим Петером. с ним живет старуха мать и двое детей. Он работает в христианской миссии и показывает свое бедное, но очень аккуратное жилище. Рассказывает, что жена лежит в госпитале с малярией. В этот момент мы вспоминаю, что моя поездка в Танзанию сложалась очень спонтанно и мы неуспел пропить курс специальных таблеток и махнул на это дело рукой.
Черт…
Просмотров 118
Добавить в закладки:
| « 1-5 главы | Гран Торино » |
|---|

